Просмотров: 621

Один Аллах знает…

Недавно в должности имама – главного человека среди мусульман Эстонии – был утвержден Ильдар Мухамедшин, новоиспеченный выпускник Исламского университета в Медине (Саудовская Аравия), первый житель Эстонии, окончивший это учебное заведение.

Оказалось, что в день интервью, 21 октября, Ильдару исполнился 31 год. Так что беседа началась с поздравлений не только с назначением на ответственную должность, но и с днем рождения.

– Ильдар, а что означает слово «имам»?

– В дословном переводе с арабского – стоящий впереди. То есть мужчина, проводящий молитву. В исламе, кстати, нет института священников. У нас каждый мужчина должен уметь проводить молитву.

– Вы ведь, кажется, уроженец Таллинна?

– Да, но я татарин по национальности и вырос в семье, где всегда чтились мусульманские традиции. Так с детства воспитывали меня и двух моих сестер родители.

– Значит, пять раз в день молитва...

– Утром, в полдень, в предвечерний час, после захода солнца, ночью. Но это только часть наших традиций. Кстати, в начале ноября, как только появится молодая луна, начинается священный месяц Рамадан, предстоит пост. Каждый день с рассвета до заката солнца.

 – Как вы попали в Исламский университет в Медине?

– Вообще-то сначала, после окончания 30-й средней школы, я окончил торгово-кулинарное училище. Потом поступил в Таллиннский технический университет. Но однажды понял, что это не мое. Моя миссия в другом. И я поехал... Нет, не в Медину, сначала в Сирию, изучать арабский язык. Изучал его полтора года. И только через год после этого поехал в Медину. За этот промежуток между двумя учебными заведениями сдал экзамен по эстонскому языку и получил гражданство Эстонии. А домашний язык у нас в семье, естественно, татарский.

– Эстонский язык труден для изучения. Но арабский наверняка еще труднее?

– Сейчас, после долгого отсутствия дома, эстонский мне кажется более сложным языком. А арабский не так труден, как кажется на первый взгляд. Особенно для детей. Ребенок способен выучить алфавит за десять дней.

– Сколько в нем букв?

 – Двадцать семь.

– Сейчас вы владеете арабским свободно?

– Наверное, не перфектно – для этого надо быть арабом. Но достаточно свободно. Во всяком случае, считаю себя вправе преподавать арабский язык в эстонско-тюркской школе и на разных курсах.

–  Медина большой город?

– Там живет около миллиона человек. В дни паломничества население удваивается. Народ занимается строительством, развита пищевая промышленность, гостиничный бизнес. В городе и окрестностях много финиковых садов, которые тоже дают большой доход.

– Что представляет собой Исламский университет?

– Учился я там пять лет. Включая год совершенствования арабского языка. В университете обучаются около пяти тысяч студентов. Примерно половина – иностранцы. Со всего света. Эстония до сих пор была одной из редких стран в мире, представители которой не учились в этом учебном заведении. Ведь исламские общины имеются повсеместно. Единственное условие для поступления – надо быть мусульманином. Причем не обязательно по рождению. Учатся там и те, кто принял ислам в сознательном возрасте. Это государственный университет, все студенты получают стипендию – 220 долларов в пересчете с саудовских реалов. Только тем, кто плохо успевает, стипендию урезают. Общежитие бесплатное. Кроме того, раз в год университет оплачивает иностранному студенту дорогу домой. Вступительных экзаменов нет, только собеседование. Зато учеба довольно напряженная. Особенно в период сессии, когда скажем, надо сдать четырнадцать экзаменов за десять дней. И все письменные. А списывать нельзя. Потому что это обман. А как сказал пророк Мухаммед, кто обманывает, тот не мусульманин.

– Это самый главный в мире Исламский университет?

– Нет, главным считается университет Аль-Азхар в Каире. Он – старейший. А Мединский был создан, согласно григорианскому календарю, только в 1960 году. (По исламскому лунному – в 1381-м.) Ведь и сама Саудовская Аравия – молодое государство, не так давно ему исполнилось всего 100 лет. Зато в Медине находится одна из трех священных мечетей, совершить паломничество к которым мечтает каждый мусульманин. А мне там посчастливилось жить.

– Остаться на постоянное жительство не было мыслей?

– Саудовская Аравия – очень приятная страна. Но свою миссию я вижу в том, чтобы служить исламу на моей родине, в Эстонии. Здесь проживает несколько тысяч мусульман.

– На каком факультете вы учились?

– В Мединском университете есть факультеты Корана, наследия пророка Мухаммеда, исламской истории, арабского языка и литературы... Я же учился на факультете шариата, исламского права.

– Почему вы выбрали эту специальность? Ведь в Эстонии вряд ли в обозримом будущем шариат ляжет в основу правовой системы.

– Этот факультет наиболее универсальный, там дают очень широкий спектр знаний, необходимых каждому мусульманину. Я надеюсь, что они пригодятся и в Эстонии.

– Насколько распространена в Саудовской Аравии преступность?

– Преступления совершаются довольно редко. Но караются сурово. За неумышленное убийство осужденный выплачивает родственникам жертвы компенсацию, равную стоимости 75 верблюдов. Это несколько десятков тысяч долларов. За умышленное – смертная казнь. За распространение наркотиков – тоже смерть. Таковы законы шариата. Но в целом это очень спокойная уравновешенная страна. Случаи воровства крайне редки. Хозяева ювелирных магазинов, уходя, закрывают двери на простой замок, без сигнализации. Автомобили оставляют на улице незапертыми. Правда, в дни паломничества в город прибывают на промысел многочисленные воришки-карманники.

–  Чем можно объяснить такую доверчивость населения?

– Наверное, тем, что там нет нужды в воровстве. Для мусульманина дело чести – давать закат, то есть милостыню нуждающимся. Более того, это его обязанность. Богатый мусульманин, за год накопив сумму, равную стоимости 65 граммов золота, обязан 2,5 процента этой суммы пожертвовать. В первую очередь – своим бедным родственникам. Вот, в частности, почему там так сильны родственные устои, а брошенных, бездомных детей вы не встретите. Если родственники не нуждаются, то закат отдается другим беднякам. Или непосредственно нуждающимся, или в специальный банк,  и уже тот распределяет средства. Причем не обязательно помогать только мусульманину. В раннем средневековье был случай, когда не осталось ни одного нуждающегося мусульманина,  и закат был послан в Европу, в то время менее развитую часть света. Кстати, ислам запрещает ростовщичество, поэтому там никто никому не дает в долг под проценты. Это же относится и к банкам – ссуды только беспроцентные. Бизнесмен свой закат может отдавать в виде товара. Крестьянин – частью урожая. Если он применяет орошение – отдает пятую часть.  Если нет – десятую. Закат – единственный налог для мусульманина.

– А кто проверяет наличие денег у мусульманина? Ведь богатый может прикинуться бедным, и вместо того, чтобы отдавать закат...

– Товары и урожай могут проверить. А деньги никто не считает. Это дело совести каждого. Если же кто обманет, то после Судного дня накопленное золото, расплавившись, зальет рот и глотку...

– А когда будет Судный день?

– Это один Аллах знает.

– Саудовская Аравия – молодое государство. А что эта страна представляла собой в старину?

– Дикая страна была, одна из самых отсталых. Многочисленные шайки помышляли грабежами и разбоем. Сегодня трудно даже такое представить. С введением ислама за какие-то десятилетия страна буквально преобразилась. Спокойной обстановке там, в частности, способствует и полное отсутствие алкоголя. Даже на свадьбах.

– Сухой закон?

– Не сухой, а исламский. Это большая разница. В первом случае человек воздерживается из-за страха перед карательными органами, во втором – преклоняясь перед Аллахом. Ислам вообще против всего, что наносит вред человеку, – алкоголя, курения, наркотиков, азартных игр, гадания...

– Чем Коран отличается от других священных писаний?

– С тех пор, как он был ниспослан пророку Мухаммеду – это произошло в священный месяц Рамадан – в Коране не изменено ни одной буквы. В этом его отличие от других писаний. И еще тем, что его содержание – это разговор с нами самого Аллаха, без всяких посредников. Вот почему многие мусульмане знают 600-страничный Коран наизусть.

– Вы тоже?

– Я пока нет. Но в университете у нас было много таких студентов.

– В Европе тоже культивируются различные религии. Почему же она погрязла в грехах?

– Наверное, потому, что ценности этих религий не стали смыслом жизни для большинства людей в Европе.

– Согласны ли вы с тем, что началась война между восточным исламским миром и  западным христианским?

– Нет никакой войны. Террористически акты? Это к исламу никакого отношения не имеет.

– Но мы каждый день слышим – «исламские боевики», «исламские террористы», «ваххабиты». Одна Аль-Каида сколько страхов а людей нагоняет...

– Я знаю одно: если кто-то называет себя мусульманином, это не значит, что он на самом деле живет по исламу. Беда людей в том, что они ничего не знают об истинном исламе, поэтому на них так действуют эти термины, взятые подчас неизвестно откуда. Скажем, те же ваххабиты. На самом деле ваххабизм – это учение исламского просветителя XVIII века Мухаммеда ибн Абд аль-Ваххаба. Почему этот термин сейчас получил такой негативный смысл – никто не знает.

– Однако Усама бен Ладен, террорист номер один, – уроженец Саудовской Аравии.

– Он лишен подданства этой страны, так что и говорить не о чем. Если кто-то утверждает, что террористов готовят в Саудовской Аравии, то это – ложь. Я бы об этом наверняка хоть что-нибудь слышал. Нет, в университете изучают только ислам и исламскую культуру.  Нигде мне не приходилось встречать такую доброжелательную среду, как там.

– Однако ваша миссия, как вы сказали, – в Эстонии. Кстати, мечети здесь нет. Важна ли она для мусульманина? Некоторое время назад ходили разговоры о строительстве мечети в Таллинне. Претендовал и Маарду. В кабинете мэра Быстрова я видел даже макет мусульманского храма. Но теперь об этом ничего не слышно.

– Мечеть очень важна для нас. Поэтому я надеюсь, что когда-нибудь она у нас будет. В Литве, между прочим, где я преподавал арабский язык, имеется четыре мечети. Пока обходимся теми помещениями, которые у нас есть. В любом случае силы есть где приложить. Многие эстонские мусульмане уже охотно держат пост, стараются совершать в этот период побольше добрых дел, но пятикратный намаз читают пока далеко не все. Словом, еще предстоит приложить немало усилий, чтобы ценности подлинного ислама укоренились в Эстонии.

«День за Днем», 25.10.2002