Просмотров: 886

Алексей Руденко: «Самое главное – я дома»

В марте 2011 года российский пилот Владимир Садовничий и его коллега по авиакомпании Rolkan, гражданин Эстонии Алексей Руденко, во время перелета на своих самолетах АН-72 из Кабула, куда они доставили гуманитарный груз, были задержаны властями Таджикистана. Предлог – нарушение якобы запрета на пересечение воздушного пространства этой страны, а также контрабанда. В итоге летчики были приговорены к длительному тюремному сроку. Но в ноябре этого же года были освобождены. Вскоре Алексей Руденко прибыл на родину в Эстонию.

Алексей, поздравляю вас с освобождением и возвращением домой!

Спасибо. На ваши вопросы я отвечу, если это будет не долго, так как от общения с прессой, честно говоря, я уже устал. Никогда у меня такого опыта не было. И не скажу, что он очень радостный. Не слишком-то приятно, когда сказанное тобой перевирают и выставляют против тебя же...

 Все закончилось более или менее благополучно. А о чем вы в первую очередь подумали, услышав в таджикистанском суде первоначальный приговор – 8,5 лет тюрьмы? За незаконное пересечение афганско-таджикской границы и контрабанду какого-то авиадвигателя, насколько известно...

Именно так. Но это же чушь! Мы были абсолютно уверены, что наши доводы неопровержимы, обвинения будут разбиты в пух и прах. И тут на тебе – не только виновны, но и еще такой приговор. Конечно, это был тяжелый удар по психике. Думал о родных и близких. Как они это перенесут, когда узнают. Как донести до них, что никакой вины на нас нет.

Эстония предпринимала определенные усилия для вашего освобождения. Министр иностранных дел Урмас Паэт лично это заявлял. А когда вы узнали, что такая поддержка оказывается, и в чем она заключалась?

Узнал на первом заседании суда – в зале присутствовал представитель эстонского дипкорпуса, приехавший из столицы Казахстана (в Таджикистане нашего представительства нет). А также работающий в Душанбе его коллега из Германии. Как потом узнал, Эстония попросила страны Евросоюза, имеющие дипмиссии в Таджикистане, оказать поддержку. Кроме того, из Брюсселя была направлена нота руководству Таджикистана. Конечно, все это в конце концов сказалось.

Один эстонский интернет-портал провел опрос читателей: кто внес решающий вклад в свобождение эстонского гражданина Алексей Руденко? Подавляющее большинство, 86,7 процента, считает, что Россия. И только 1,7 процента отдали предпочтение Эстонии с Евросоюзом.

 Что за глупости? Зачем высчитывать эти проценты? Самое главное, что я дома! Да, и благодаря России тоже, конечно. Хотя поначалу ее действия были очень обидны. Когда в МИД РФ поступил сигнал, что в Таджикистане задержаны два пилота непонятно за что, его переадресовали в тот же таджикистанский комитет национальной безопасности, который нас и обвинил в преступлениях – мол, что там за пацаны у вас сидят? Таджики ответили – да реальные пацаны, настоящие преступники. В Москве и успокоились – раз реальные, пусть сидят. Нам рассказывали, что сам господин Лавров по телевидению примерно так говорил. В общем, много грязи за эти месяцы на нас было вылито. И только когда в интернете поднялся шум, к Садовничему приехал российский дипломат и вник в суть дела, начали действовать.

Когда вас с коллегой показывали в теленовостях в зале суда, то все заявления всегда делал только Садовничий. От вас же – ни звука.

Там были российские журналисты, естественно, они обращались к своему соотечественику. Все правильно говорил Владимир. А что я должен был делать, поддакивать ему?

Давно вы с ним знакомы?

Нет, не очень. Познакомились только в авиакомпании Rolkan, в которой вместе работали в Афганистане. Хороший, надежный человек.

Хотя повторный приговор вам вынесли существенно смягченный и освободили в зале суда, тем не менее, вердикт остался обвинительным. Если вы считаете себя невиновным, не намерены ли обжаловать приговор?

Дайти мне сначала прийти в себя немного, а потом мы решим, что с этим делать.

Сообщалось, что вы намерены требовать материальную компенсацию у работодателя за вынужденнный простой. Это правда?

Нет необходимости ничего требовать, так как существует договоренность, что компенсация будет выплачена.

Простой был связан с тем, что вы восемь месяцев провели за решеткой...

Больше – восемь месяцев и десять дней.

Если с точностью до одного дня считаете, должно быть, несладко вам там пришлось...

Угнетала сама мысль, что сижу ни за что. А что касается условий содержания, то нормальные были условия для подобного заведения.

Сколько человек содержалось в вашей камере? Какие отношения были с сокамерниками? Знали ли они, что вы – гражданин Эстонии?

Камера – на восемь человек. И у Владимира была такая же. Да, конечно, знали, что я гражданин Эстонии. Но какая разница, у кого какое гражданство? Нормальные у нас были отношения. Там ведь были обычные, простые люди. И я сам такой же человек. Пожалуй, самый старший там был, и по этой причине, наверное, тоже отношение ко мне было уважительным. О персонале также не могу сказать ничего плохого.

Сколько времени вы не были в Эстонии?

Тринадцать месяцев. Обычный срок. Немного соскучился, как всегда.

Но сначала вы заехали в Ригу. Чем там занимались?

В Риге у меня тоже дом, супруга там живет. Проходил медицинское обследование.

И каковы результаты?

Да нормально все в общем. Правда, сердце стало немного пошаливать. Доктор сказал, что сейчас мне необходимы 2-3 недели полного отдыха. И тогда я буду в порядке.

И что потом?

В Таллине я пройду специальную медицинскую комиссию, чтобы получить право на работу.

Летчиком?

Конечно, это же моя профессия. Хотел бы вернуться на аэробус, для этого надо восстановить допуск, срок которого у меня истек в августе. В какой авиакомпании буду работать, это, конечно, сейчас еще неизвестно.

«Комсомольская правда – Балтия» 30.11.2011