Просмотров: 256

Александр Цукерман: «Чем бы мне вас удивить?»

Человек, отметивший 22 августа (2022) свой 70-летний юбилей, для жителей Эстонии настолько вроде бы свой, старый добрый знакомый, даже если они видели и слышали его только в телевизоре, что для его представления, кажется, достаточно двух слов – Александр Цукерман.

В конце нашей беседы, продолжавшейся несколько часов, Александр заметил: «А ведь я вам рассказал лишь тысячную часть того, что мог бы рассказать – столько всего было в этой жизни».

Ну, а в наш рассказ поместилась лишь малая часть этой тысячной части.

Невероятно трогательно

Много всего было, в том числе, в многочисленных поездках Александра Цукермана, а объездил он полмира.  

Вот и теперь только что из очередной поездки – в Голландию. Новый проект, съемки? Редкий случай – по личному делу. Правда, случай неординарный: в Амстердаме состоялась встреча родни, рассеянной по разным странам трех континентов. Этот город выбран потому, что там живут старейшины клана – тетушка и дядя Александра.

«Это было невероятно трогательно, 52 человека съехались, – говорит Александр. – Не знаю, когда еще так сможем собраться».

По миру он ездил в основном в качестве телевизионного журналиста. Но телевидение – это последние лет двадцать. А до этого что было? Много чего.

Однажды родители трехлетнего Саши, большие театралы и, по словам Александра, в высшей степени интеллигентные люди, взяли его в Луганский драматический театр на спектакль по пьесе Арбузова «Город на заре».

Луганский? Значит… Да, малая родина нашего героя – Луганск. Город, который в последние восемь лет упоминается в печальном, а то и трагическом контексте.

«Невыносимо больно читать сейчас в новостях родные с детства названия, – говорит Александр. – Там друзья, одноклассники, родственники. Душа болит, сердце разрывается…»

И все, ни слова сегодня больше об этом.

Первая награда

Спектакль «Город на заре», который трехлетний Саша посмотрел с родителями, открыл для него  театральный мир, покоривший сердце мальчика.

Вскоре он стал завсегдатаем театра со своим постоянным местом – крайнее правое в первом ряду.

Когда чуть подрос, записался в Пионерский театр.  Первая  роль – Чипполино. В девять лет – первое хвалебное упоминание в рецензии. Александр процитировал по памяти длинный кусок из нее на языке оригинала – украинском.  

Откуда такое хорошее владение этим языком? Опять же благодаря театру. Их коллектив готовился к выступлению в Киеве на смотре детских театров. Со спектаклем по мотивам украинской народной сказки «Катигорошек» и на украинском же языке. А учился он в русской школе.

Саша очень хотел получить главную роль Катигорошка, и ради этого все лето, когда сверстники наслаждались каникулами, он с репетитором учил украинский.

Овладел языком прилично, но желанную роль ему не дали. Правда, дали другую – Змеюки поганой.  Зато на том смотре Саша удостоился награды за лучшую второстепенную роль. Первая в ряду многих.

Визит учительницы химии

Увлеченный театром, Александр между тем окончил с золотой медалью английскую спецшколу (теперь понятно, где истоки его свободного  английского). Но поступать вознамерился, конечно, в театральный вуз – ГИТИС. Узнав об этом, учительница химии явилась к ним, чтобы уговорить Александра и его родителей не совершать роковую ошибку, ибо будущее талантливого юноши (победителя республиканской олимпиады по химии) – несомненно, химическая наука.

Увы, вопрос, лишилось ли человечество гениального химика в лице Александра Цукермана, так и останется без ответа. Ибо выбор – все-таки ГИТИС, режиссерский факультет.

Не получилось поступить. Ничего страшного. Зато окончил с отличием Московский институт культуры по той же специализации.  

Позже, уже работая в Таллинне, он получил дополнительное образование на Высших режиссерских курсах в Москве под руководством Марка Захарова. Правда, вопреки ожиданиям, Александр, проведя два года в постоянном контакте со знаменитым режиссером, ничего не рассказал про это общение. Сам вообще не вспомнил об этом эпизоде. Но и после того, как я напомнил ему (вычитав где-то об этом), лишь подтвердил: да, факт имел место.

Впрочем, кто такой для него Марк Захаров? Безусловно, интересный и яркий человек (иначе не стал бы в будущем делать с ним большое телевизионное интервью), но – лишь один среди десятков других интересных и ярких людей, с которыми Александру  доводилось встречаться и общаться.

Что такое Е. Б.?

Когда еще студентом он впервые приехал в Таллинн и подошел к Русскому драматическому театру, вдруг решил: «Я хочу работать в этом театре!»

В Божий промысел можно верить или нет, но это факт, что худрук Русского театра Эстонии Виталий Черменев оказался в городе Владимире и посмотрел там дипломный спектакль выпускника Московского института культуры Александра Цукермана.  

И пригласил Александра в Таллинн. А также его однокурсников Адольфа Кяйса и Владимира Антиппа. И не ошибся: все трое оказались незаурядными  театральными личностями, а Владимир Антипп по сей день служит в Русском театре.

Правда, в какой-то момент рассматривалась возможность  поступления в аспирантуру.  Но студенту Цукерману отказали. О причине Александр догадывался. А позже и получил подтверждение своим догадкам. Имеющий доступ к соответствующим документам знакомый нашел бумагу, в которой отказ был сформулирован двумя буквами – Е. Б. Они означали – еврей, беспартийный.

Кстати, раз уж речь об этом. Насколько важна для Александра его еврейская национальность? «Конечно, я помню о своем происхождении, какого я роду-племени, – говорит он. – Но мое еврейство не такое глубокое, каким могло бы быть. И я об этом сожалею. Я не посещаю регулярно синагогу, не являюсь формальным членом еврейской общины. Но так сложилась жизнь».

Вот и эстонский раввин Шмуэль Кот тоже  жалеет. «Ах, Александр, – как-то обратился он к нему. – Как жаль, что вас нет с нами…»

Свинья у прокурора

Черменев руководителем был именно художественным: ему понравился артист – он и пригласил. А такая «проза жизни», как штатное расписание, для него была далека, видимо.

Свободных вакансий в театре не оказалось. И молодой специалист Саша Цукерман как-то чем-то перебивался почти без зарплаты.  

Но постепенно все наладилось. Хотя основная его специальность – режиссура, молодой человек оказался и способным актером.

Вдруг пришла беда, откуда не ждали. В  газете «Труд» вышла статья корреспондента Мартынова о том, как несознательные выпускники вузов не являются по месту работы согласно распределению, чтобы отработать положенные три года.  

Упоминался в статье и Александр Цукерман, который получил распределение в город Мышкин Ярославской области.

Дело приняло серьезный оборот, в Таллинн поступила грозная бумага. Александра вызвали к прокурору, которым оказалась дама в возрасте.

Едва он вошел в кабинет, как она воскликнула: «Свинья собственной персоной!»

Свинью Александр играл в спектакле «Кошкин дом», который сотрудница прокуратуры смотрела с внучкой. Конечно, она не могла сдать исполнителя любимого персонажа.

«Это мое время!»

Александр продолжал лицедействовать на сцене для детей и взрослых.

И сам ставил спектакли. «Играем Маршака», «Концерт Высоцкого в НИИ»…

«Ловушка № 46, рост второй», – напомнил я. «О, это мой любимый спектакль!» – сразу отозвался Александр.

Благодаря этой работе он познакомился с известным журналистом Юрием Щекочихиным, по пьесе которого сделан спектакль, звездой перестроечной журналистики (а с его вдовой до сих пор поддерживает отношения).

Да, это уже был период, который вошел в историю под названием «перестройка».

«Это было мое время!» – восклицает Александр. И тогда же Юрий Щекочихин высказал мысль, которая, возможно, стала первым намеком на предстоящий уход Цукермана из театра. Он сказал, что в театре хоть и есть какое-то пространство для самовыражения, но все равно ты всегда ограничен. Актер – волей режиссера. Режиссер – текстом чужой пьесы. А сейчас – время журналистики! Можно напрямую говорить все, что считаешь нужным.

Перестройка – это еще и лавина разоблачений сталинских репрессий. А это и часть истории  семьи Александра: дедушка был расстрелян, бабушка в 1938 году сослана в Казахстан, в печально известный АЛЖИР – Акмолинский лагерь жен изменников родины, заключенной которого она была четырнадцать лет.

Кстати, нары с ней делила осужденная в том же году жена «всесоюзного старосты» Калинина – Екатерина, эстонка, уроженка Пайде.

Сейчас на этом месте мемориальный комплекс. Александру довелось там побывать, прикоснуться, проникнуться…

Бабушка была реабилитирована в 1954 году первой в Луганске. Благодаря тому, что в революционные годы у них в доме прятался от преследования молодой большевик Никита Хрущев, а когда он стал главой страны, ему напомнили об этом. Но сломанной жизни реабилитация не компенсирует.

Переломные пять минут

Цукермана ждали в театре после Высших режиссерских курсов. Вернувшись в Таллинн и направляясь в театр, он остановился у порога. Следующие пять минут стали во многом переломными в его жизни. С раннего детства он бредил театром, стоял когда-то здесь же, затаив мечту работать именно в этом театре…

А сейчас он вдруг подумал, что не хочет переступать этот порог. Жизнь так изменилась вокруг, а там, за этим порогом, все, как и было,  те же люди, тот же доносчик…

Для лучшего понимания характера нашего героя важно уточнить: сам он про доносчика ничего не говорил.  Как-то давно бывший директор Русского театра Александр Ильин в нашем разговоре совсем на другую тему между делом упомянул, что был у них в театре один актер, который написал анонимный донос, в частности, на худрука Николая Шейко (о нем была речь). И Цукерману тоже досталось, добавил Александр Сергеевич.  

И вот  теперь представилась возможность спросить насчет этого. Да, было, подтвердил Александр. Из-за этого ему зарубили поездку в Югославию, куда должен был ехать с двумя коллегами. Разумеется, дело не в этом. Отвратителен сам факт: одни пишут анонимки, другие дают им ход.

А в чем суть доноса? Половина – чушь: якобы у него родственники за границей (тогда еще не было). Половина – правда. Во время поощрительной поездки в Польшу, в благодарность за отмеченный там спектакль «Эй, ты, здравствуй!», поставленный, кстати, Цукерманом совместно с коллегой, он с двумя друзьями дважды отклонился от программы пребывания. Один раз – когда в Катовице все отправились осматривать угольные шахты, они, сославшись на недомогание, остались, а сами поехали в Краков. Второй случай – посетили в Варшаве стриптиз-бар.

Встреча в трамвае

Важные решения надо уметь принимать вовремя.  И Александр его принял:  повернулся спиной к театру, которому отдал двадцать лет, и пошел прочь. К трамвайной остановке. Сел в трамвай и поехал, не зная куда.

Таллинн – город маленький: всегда и везде можно встретить знакомого. Вот и в том трамвае ехал Николай Мейнерт – известный человек в рок-музыке. Как журналист, организатор фестивалей…

А  теперь он был известен и как создатель радио «Таллинн» – первой частной русской радиостанции, недавно начавшей вещание.  

Так в жизнь Александра Цукермана вошло радио. Он и прежде сотрудничал с русской редакцией Эстонского радио, но «Таллинн» было радио нового типа. Раскованное, свободное и в то же время умное. В меру серьезное, в меру развлекательное, с музыкой на все вкусы, кроме низкого, радио «Таллинн» стало невероятно популярным.

Особенно наглядно это показало празднование его 5-летия в Русском театре. В зале аншлаг, толпа у входа, через которую под восторженными взорами публики виновники торжества проходили, как настоящие звезды, хотя это были всего лишь сотрудники радиостанции.

Увы, это продолжалось недолго. Пошли какие-то продажи, перепродажи… И все закончилось.  

19 невероятных лет

Судьбоносным оказался и один телефонный звонок в 2001 году. Позвонил руководитель телеканала TV3 Тоомас Лепп.  У него идея: большая русскоязычная передача на эстонском канале. По субботам утром. С 8 до 10. В прямом эфире. Ладно, ответил Александр, подумаем. 

Через какое-то время Лепп опять звонит: «У вас все готово? Передача через неделю». Как через неделю! Стали срочно составлять сценарий, думать, кого пригласить в студию.  Общая концепция очевидна: передача должна объединять эстонцев и русских. Что может объединить? Например, джаз. Позвали джазмена…

Так немного нервно начиналась передача «Субботея», ставшая ярким явлением на эстонском телевидении. Конечно, эти девятнадцать лет, в течение которых выходила «Субботея» (позже на других каналах), стали значимым куском жизни для Александра. А также, разумеется, для его товарища и коллеги Михаила Владиславлева. Их дуэт, сформировавшийся на радио «Таллинн», теперь  стал телевизионным, являя собой единство противоположностей  – и по внешнему облику, и по темпераменту.

Ведущие в непринужденной форме рассказывали (показывая) телезрителям как о жизни и людях в Эстонии, так и в разных уголках планеты. Каким только событиям не были они свидетелями, и приключений хватало, и десятки собеседников были – от королевы Елизаветы II до вождя какого-то индейского племени. От экс-губернатора Аляски до борца за права аборигенов Австралии…

И сдвинули стаканы…

Когда параллельно стали делать новости на Первом Балтийском канале, то в творческом плане, наверное, это уже не так интересно, рутины много. Александр предпочитает другое слово – спорт. Делать каждый день получасовой выпуск новостей в стране, где ничего не происходит – это своего рода спорт, азарт.

Впрочем, порой такое происходит, что шлейф остается на многие годы. Например, «бронзовые» ночи. Тоже получен опыт, и не только журналистский.  

В те дни как-то зашли они с Михаилом в комнату, где сидели эстонские коллеги из их дружного коллектива. Только что оживленно общавшиеся, они сразу замолчали, взгляды отводят…

Как быть? Пошли в магазин, вернулись с водкой и закуской, выложили на стол.  «Ребята, как же так, мы ведь всегда были вместе, – сказали их русские коллеги. – Давайте же выпьем за то, чтобы эта история нас не разъединила!» Все сразу расслабились, улыбнулись, сдвинули стаканы…

Наверное, удивили тогда своих коллег-эстонцев. Вот и сейчас Александр думает: «Чем бы мне вас удивить?» Но уже в творческом плане. Вопрос простой, но с давней историей.  Знаменитый  кинорежиссер Сергей Эйзенштейн как-то раскрыл свой профессиональный секрет: «Надо каждый раз удивлять зрителей».

Вот и Александр Цукерман старается следовать этому совету.

Так чем же? Может, возрождением «Субботеи», может, еще чем-то…

 

«МК-Эстония», 24.08.2022