Просмотров: 60

Как мы поздравляли президента с юбилеем

«Будьте спокойны!» – такое пожелание высказал первый после восстановления независимости президент Эстонской Республики Леннарт Мери в ответ на поздравление представителя еженедельника «День за Днем» с 75-летним юбилеем.

В понедельник, 29 марта, в день рождения Леннарта Мери, все желающие, как предварительно сообщили общественности, могли поздравить юбиляра с 11 до 16 часов. Мы приехали к дому Мери, что стоит на самом краю земли, у самого синего моря, без пяти четыре.

Хотя время истекло

Нам с трудом удалось найти место, чтобы припарковаться: на подступах к огороженной и охраняемой территории, где проживает экс-президент, стояли впритык друг к другу десятки машин. А также автобус с надписью на борту Tallinna Linnateater (Таллиннский Городской театр).

По дороге, ведущей к дому юбиляра, беспрерывным потоком двигался народ – кто туда, а кто обратно. Вот Сийм Каллас, недавний премьер-министр, прошел – он уже поздравил именинника и наверняка сам выслушал поздравления в связи с назначением на пост уполномоченного Евросоюза.

Вслед за многочисленной делегацией Городского театра, представленной в основном молодыми артистами, мы и пристроились. Руководитель делегации рекомендовал артистам достать шпаргалки с текстом поздравления, которое, видимо, предполагалось зачитать хором, еще раз его повторить.

Наконец мы вошли в дом. Как раз в тот момент, когда, когда на улицу выходило семейство Тарандов в полном составе, включая внука, которого держал на руках Каарел, один из сыновей Таранда-старшего, кстати, на последних выборах тоже претендовавшего на пост первого лица государства. За нами к этому времени сформировалась длинная очередь желающих поздравить юбиляра, хотя отведенное время для поздравлений уже истекло.

Весь дом завален цветами, пакетами, коробками, свертками, самодельными и покупными поздравительными открытками. Желающие могли оставить запись и в специальной книге.

Мери принимал поздравления в большой комнате, зал практически, с окном почти во всю стену, за которым открывался восхитительный пейзаж – голубое небо и синее море. Надо сказать, юбиляру повезло с погодой.

Сколько же рук он сегодня пожал? По крайней мере, не меньше, чем на торжественных приемах в честь Дня независимости в бытность действующим главой государства. И что характерно – для каждого находит свои, только данному гостю предназначенные слова. Интересно, что Мери скажет представителю «ДД»?

Танцы у костра

С некоторыми гостями общение затягивалось, поэтому и очередь двигалась медленно.

Пока ждал, вспомнилась книга Леннарта Мери «В писках потерянной улыбки». Очень увлекательная, надо сказать, книжка и отлично написана – легко, с настроением, не без юмора местами. Это об экспедиции на Камчатку группы молодых эстонских исследователей, посвященнной 20-летию установления Советской власти в Эстонии. Ее инициатором и руководителем был сам Леннарт Мери, выпускник факультета истории и лингвистики Тартуского государственного университета, к тому времени уже успевший поработать завлитом в театре «Ванемуйне», преподавателем истории СССР в тартуском училище изобразительных искусств, на радио и даже таксистом.

Если бы была возможность сегодня пообщаться, я обязательно спросил бы, вспоминает ли он сейчас те времена, а если да, то с каким чувством? Вспоминает ли людей, которых встретил тогда на Камчатке, где провел два месяца? В частности, Юлю, его камчатскую подругу. Ту самую, которая так соблазнительно танцевала  у костра под удары бубна перед восхищенным взором Леннарта...

Эрудит, интеллектуал, полиглот, владеющий пятью иностранными языками, Мери, между прочим, немного знает и некоторые не столь распространенные в мире языки. Если, например, ему сказать: «Хымнан хычи ткогхан-нгоге!» – он поймет, в отличие от большинства из нас, о чем речь. Если не забыл Юленьку, то помнит, что в переводе с корякского это означает – «Я тебя люблю!»

А помнит ли, интересно, о телеграмме, которую, расчувствовавшись, послал с берега Тихого океана в родную Таллиннскую 10-ю среднюю школу: «Счастливы, что наша замечательная школа воспитала в нас любовь к нашей Родине...»

Потом были другие экспедиции. И другие страницы биографии. Писатель, кинематографист, министр, посол, наконец, президент Эстонской Республики в течение девяти лет... Но двухмесячное пребывание на далеком полуострове, должно быть, глубоко запало в сердце Леннарта Мери, если даже много лет спустя, будучи министром иностранных дел уже суверенной ЭР, он пригласил президента США порыбачить «у нас на Камчатке». Наделав этим приглашением в свое время немало шума.

Спорить невозможно

Вот и до артистов Городского театра очередь дошла. Как оказалось, они не декламировали, а спели свое поздравление. Причем шпаргалки не понадобились, хорошо слова выучили. Выступление понравилось юбиляру, которого певцы в своей заздравной песне назвали «meie meremees» – «наш моряк». Действительно, и фамилия у Мери соответствующая, и живет он у самого синего моря. Он пожал руку каждому из двух десятков хористов и каждому хоть пару слов да сказал.

Потом юбиляра поздравила бабушка с внучкой-школьницей лет десяти, две девочки-подружки, какой-то, видимо, давний знакомый, судя по тому, как Мери поприветствовал его «О, tere, tere!», а в конце небольшой беседа по-свойски похлопал по плечу.

Затем были два подростка, явившиеся поздравить юбиляра с пустыми руками. Это не возбраняется, правда, и в ответ услышали лишь суховатое «спасибо». 

Когда подошла моя очередь, я от имени редакции «Дня за Днем» вручил юбиляру большой букет алых роз, искусно украшенный зеленью. Он тут же был передан представителю Сил обороны, служба которого в этот день состояла в приеме подарков из рук президента. Я только успел произнести «палью ынне», как юбиляр, сразу поняв, с кем имеет дело, прервал меня и торжественно произнес по-русски:

– Знамя Маркса-Энгельса-Ленина развернулось в другую сторону, и это означает не что иное, как нашу победу. Но вы будьте спокойны.

Причем так громко произнес эту небольшую речь, что все вокруг стали оглядываться: про что это и с кем это он?

Насчет сказанного о знамени Маркса-Энгельса-Ленина невозможно спорить. А если быть точнее, оно даже не развернуто, а вовсе спущено.

А ведь когда-то, небось, товарищ Мери не сомневался, что оно будет развиваться гордо и вечно. С каким воодушевлением он писал в той же своей книжке о камчатской экспедиции о гениальной ленинской национальной политике, о социалистической революции, принесшей столько благ нашим народам от Прибалтики до Камчатки... Что ж, ветры истории меняют направление порой непредсказуемо.

Почему он так сказал?

Интересно, а что Мери имел в виду, желая мне быть спокойным? Я собрался было возразить, что вроде не нервничаю особо, боле или менее спокоен. Но он опять перебил:

– Да, да, будьте спокойны. Главное – спокойствие!

И с улыбкой пожал мне руку, давая понять, что общение закончено, ему пора принимать поздравления от пожилой дамы, ожидавшей позади нас.

Представитель «ДД», несомненно, был единственным в этот день здесь, кому Леннарт Мери напомнил о незавидной судьбе знамени Маркса-Энгельса-Ленина и кого счел необходимым призвать к спокойствию. Почему? И почем, кстати, употребил противительный союз «но». Он ведь так и сказал: «Но вы будьте спокойны». Странно.  

Очевидно, дело в том, что в этот день произошло еще одно знаменательное событие, оно же – своеобразный подарок юбиляру: 29 марта Эстония официально была принята в НАТО, явно любезный сердцу Леннарта Мери альянс, а натовские самолеты приступили к охране эстонского неба. В этот день у дома Мери на высокой мачте взвился флаг НАТО.

По всей видимости, призывая меня, русского, к спокойствию, президент, пусть уже и бывший, призывал в моем лице не нервничать руководство России. Как будто не сотрудник русскоязычного эстонского издания приехал его поздравить с юбилеем, а представитель Кремля явился – выразить протест против вступления Эстонии в НАТО.

Много выпито вина

Итак, Леннарт Мери дал понять, что общение закончено. Так и не успел я спросить у него про Камчатку, про Юлю. Помнит ли ее? Помнит ли, что означает по-корякски «Хымнан хычи ткогхан-нгоге!». Меня уже поджидала девушка с подносом в руках, чтобы предложить бокал вина – красного или белого на выбор. Интересно, сколько бутылок было откупорено за этот день? Закуски, однако, не предлагались.

Когда мы с фотографом вышли в коридор, очередь все еще теснилась. В конце ее стояли представители азербайджанского культурного общества. Решив, видимо, что книга, тем более для писателя, – лучший подарок, они собирались подарить юбиляру книгу азербайджанского писателя Чингиза Акиф оглы Абдуллаева «Три цвета крови». На русском языке, который на нашем пространстве, видимо, еще долго будет оставаться языком межнационального общения. Несмотря на членство некоторых новых стран на этом пространстве в Североатлантическом военно-политическом альянсе и летающие над нашими головами натовские самолеты.

«День за Днем», 02.04.2004

P.S. Через двенадцать лет, когда я описывал этот эпизод в книге «Роман о газете», вдруг захотелось проверить: правильно ли Леннарт Мери воспроизвел в своей книжке выражение «Я тебя люблю» по-корякски? Да, он был известным полиглотом, но сомнительно, что в совершенстве владел и этим языком, несмотря на два месяца, проведенные на Камчатке.

В 2016 году технических возможностей для этого было гораздо больше. Например, в интернете можно найти источники, сообщающие, как выглядит выражение «Я тебя люблю» на разных языках. На корякском – «Гымнан гыччи ылну лыннык». В первой половине есть что-то похожее на версию Мери, но вторая – вообще другая.  

Тогда я направил на Камчатку пять писем – в поселок Палану, центр Корякского округа и во все четыре района. Правильно ли написал Леннарт Мери в своей книге по-корякски «Я тебя люблю»? Почему в интернете иначе? Как все-таки точно пишется это выражение на корякском языке? Такие вопросы сформулировал в письмах. Послал на общие адреса администраций. Думал, хоть кто-нибудь, да ответит. Ответили почти все, но ответы не совпадали. Пришлось задавать уточняющие вопросы. В общем, целое лингвистическое расследование.

Его итоги таковы. Выбор выражения зависит от того, где проживает корячка, которой вы хотите признаться в любви на ее родном языке. Если ваша возлюбленная – береговая корячка, то следует воспользоваться нымыланским диалектом: «Гымнан гытты тыганпуткын». А если тундровая, то надо прибегнуть к чавчуыенскому диалекту: «Гымнан энэлу ткулныги». Есть еще чисто разговорный вариант: «Гымка гыныка тлюпитыткин». Он больше свойственен береговым корякам.

А вот тот вариант, который предлагает интернет, на самом деле переводится как «Я о тебе беспокоюсь». Что касается версии Леннарта Мери, ответ от носителей корякского языка я получил такой: «Это не наш язык».

Вот, оказывается, какой богатый корякский язык, в чем довелось убедиться, благодаря Леннарту Мери.